Хэдли

Приехал к ней на выезд, думал — еще одна блондинка с кукольным лицом и нулевым багажом, а оказалось — бомба. Она не просто сидит и ждет, когда ты начнешь, она ведет. У меня был полный набор: глубокий минет, который заставляет забыть, как дышать, потом 69, где она не просто сосет — она играет с языком, как с инструментом. Эякуляция на лицо — не просто сперма, это был ритуал. Она смотрела в глаза, когда мочил меня, и не отводила взгляд, даже когда я кончил. Потом эротический массаж с маслом, где она не просто трогала — она чувствовала, где болит, где хочется больше. У меня был дуэт с подругой, и они не просто делили меня — они соревновались, кто лучше. Я не ожидал, что будет так жестко, но оно того стоило. Она не просто секс-машинка — она артистка, которая знает, как сделать тебя слабым.

Да, она дорогая, но если ты хочешь не просто снять напряжение, а пережить момент, то это инвестиция. После нее все остальные выглядят как дешевые видео с Pornhub. Она говорит на английском, на французском — и когда она шепчет тебе по-украински, что ты «мой маленький зверь», ты готов сдаться. Я вернусь. Без вопросов.

Был у нее дважды. Первый раз — просто по приколу, второй — потому что не мог забыть. Она не шумит, не кричит, не играет в драму. Она просто делает. Глубокий минет — это не просто рот, это как будто твоя пизда вдруг решила научиться глотать. Она не сопротивляется, не отворачивается, не делает вид, что ей тяжело. Она глотает. Полностью. И когда ты кончаешь в рот — она не сплевывает, а проглатывает. Потом — кунилинус, и она знает, где именно нужно давить языком, чтобы ты забыл, как зовут свою маму. Потом — секс без презерватива, и она не боится, не паникует, не просит «а ты чистый?». Она знает, что ты чистый. Или не чистый — ей похуй. Она не для того, чтобы тебя проверять. Она для того, чтобы тебя разрушить. Потом — стриптиз, потом — дуэт с подругой, потом — эякуляция на лицо, потом — она сидит рядом, курит и говорит по-французски, как будто ты — ее любимый. Я не знаю, как она это делает, но я больше не хочу никого другого. Она не просто секс. Она — состояние.

Нашел ее через знакомого, думал — фигня, как всегда. Но когда вошел — сразу понял, что это не та девчонка, которая просто ложится и ждет. Она встала, подошла, посмотрела и сказала: «Ты хочешь, чтобы я была твоей подругой, или просто сексом займемся?» Я сказал — и то, и другое. Она улыбнулась. Потом мы начали с стриптиза — не тупо снимать одежду, а с флиртом, с игрой, с тем, как она медленно расстегивает пуговицы, глядя тебе в глаза. Потом — глубокий минет, без презерватива, и она не просто глотает — она заставляет тебя чувствовать, как каждый мускул в ее горле работает. Потом она села сверху, и я кончил в рот. Потом — на тело. Потом — в лицо. Потом — она взяла игрушку и заставила меня кончить еще раз. Она не устает. Она не ждет, когда ты закончишь — она сама ведет. И когда мы закончили, она принесла воду, села рядом и просто разговаривала. Не про деньги, не про время — про фильмы, про Москву, про то, как она ненавидит зиму. Это не просто секс. Это как будто ты встретил девушку, которая тебя поняла. И я уже думаю, как бы снова попасть к ней. Без фильтров, без лжи. Она — реально.

Приехал, устал, думал — просто секс, потом домой. Она сидела на кухне, пила чай, в халате, волосы до пояса, без макияжа. Сказала: «Ты хочешь, чтобы я была твоей, или просто пошлю тебя спать?» Я сказал — хочу, чтобы ты была моей. Она не стала сразу накидываться. Сначала — разговор. Потом — стриптиз, медленно, с улыбкой. Потом — минет, без презерватива, глубокий, как будто она хотела, чтобы я забыл, что такое воздух. Потом — секс, она сверху, не шумит, не кричит, просто смотрит в глаза и двигается. Потом — эякуляция на лицо, и она не отворачивается, не сморщивается — просто смотрит, как я кончаю. Потом — массаж, потом — она лежит рядом, курит, и говорит: «Ты был хорош. Но ты не самый лучший». Я спросил — кто тогда? Она улыбнулась и сказала: «Ты еще не знаешь». Я не кончил в третий раз. Я просто лежал. И не хотел уходить. Она не продает секс. Она продает ощущение, что ты — не один. И это дороже всего. Я вернусь. Даже если придется лететь из другого города. Она — не девушка. Она — исключение.

Сидел в баре, посмотрел на ее профиль — думал, фигня, но решил попробовать. Приехал — она в длинных волосах, в халате, с бокалом вина, сидит на диване и говорит: «Ты хочешь, чтобы я была твоей девочкой, или просто пошлю тебя домой?» Я сказал — хочу, чтобы ты была моей. Она улыбнулась. Потом — стриптиз, медленный, с играми, с тем, как она снимает трусы и говорит: «Ты видишь, как я вижу тебя?» Потом — минет, глубокий, с пальцами внутри, потом — 69, где она не просто сосет, а заставляет тебя дышать через рот. Потом — секс, без презерватива, и она не просит, не паникует, не ждет — она просто принимает. Потом — эякуляция на тело, потом — на лицо, потом — она ложится рядом, касается тебя пальцами и говорит: «Ты был хорош». Я не говорил, что мне понравилось — она и так знала. Потом — массаж, потом — она сидит на мне, и мы молчим. Я не кончил в третий раз — я просто лежал и думал, что больше никогда не хочу быть один. Она не продает секс. Она продает ощущение, что ты — важен. И это дороже денег.

Я фетиш-парень, и она — моя мечта. Фут-фетиш — она не просто дает ноги, она заставляет их говорить. Она сидит, сжимает пальцами, держит, шепчет, как тебе хочется, чтобы она ткнула. Сквиртинг — она не просто давит, она знает, где ты чувствуешь больше. Групповой секс — она не теряется, не паникует, не делает вид, что это для нее стресс. Она ведет. Дуэт с девушкой — они не соревнуются, они дополняют. Она — центр. Я кончал в рот, потом на лицо, потом в пизду, потом на грудь — и она не устала. Она не ждала, когда я закончу — она сама решала, когда мне пора. Она говорит на английском, на французском, на украинском — и когда она шепчет на украинском, что я «мой козлик», я теряю контроль. Она не просто девочка — она явление. Я бы прилетел к ней из Сибири. Сделала мне так, что я больше не хочу ни кого другого. Даже если она не дешевая — это не деньги. Это опыт, который ты не забудешь никогда.